Глядя на это двухэтажное здание, отделанное белым сайдингом, и не подумаешь, что здесь ожидают отправки на родину мигранты. Лишь колючая проволока, щедро намотанная поверх высокого металлического забора, наводит на мысли о режимном объекте. Это центр временного содержания иностранных граждан, который находится в Индустриальном районе Хабаровска. центр временного содержания иностранцев Доступ посторонним сюда запрещен. Нашему журналисту удалось попасть в закрытое учреждение, как представителю Общественного совета при УМВД России по Хабаровску, в рамках общероссийской акции «Гражданский мониторинг». центр временного содержания иностранцев

- По руководящим документам мы работаем с иностранными гражданами, лицами без гражданства, которые подлежат административному выдворению за территорию России в форме принудительного выдворения, депортации или реадмиссии (англ. to readmit — принимать назад, это обратный прием своих граждан или иностранцев, которые подлежат депортации из другого государства), - объясняет Евгений Филиппов, начальник Центра временного содержания иностранных граждан УМВД России по Хабаровску. центр временного содержания иностранцев

***

По национальностям находящихся здесь можно изучать географию бывшего СССР: узбеки, таджики, молдаване, азербайджанцы, армяне и киргизы. Гостей из ближнего зарубежья здесь больше всего. Чуть реже сюда попадают граждане КНР и Северной Кореи.

– Одни - со строек, другие - с рынков, – Евгений Филиппов рассказывает, как в изолятор попадают иностранные «жильцы». – Эта категория – за нарушение паспортно-визового режима. Другая категория – иностранцы, совершившие в России преступления и освободившиеся из мест заключения. Тут они ждут отправки на родину.

Обычно «гости» находятся в центре до отправки домой от двух до шести месяцев. Процесс депортации не быстрый: суды, запросы в другое государство о подтверждении личности, снова суды - и так и не один месяц.

Но дольше всех, по словам Филиппова, тут задержался один гражданин КНДР. Сначала товарищ отбывал в России наказание за совершение тяжкого преступления, а когда вышел на свободу, в мире бушевала пандемия, границы оказались на замке. Уехать на родину он не может до сих пор, поэтому вот уже два года находится в изоляторе.

– Когда к нам поступает человек, после оформления документов он принимает душ, ему выдается комплект нательного и постельного белья, проводится медосмотр, – объясняет Евгений Филиппов. – Редко, но случается, что некоторые поначалу возмущаются, кричат и ругаются. Но проходит день-два, успокаиваются. Они понимают, что это им не выгодно, ведь каждое нарушение лишь увеличивает их срок здесь. А каждому поскорее хочется уехать домой.

***

Изолятор рассчитан на 52 человека, и комнаты в нем практически никогда не пустуют. В основном сидят мужчины. Женщин всего три.

- Они у нас хорошие, добрые и отзывчивые, – уверяет начальник хабаровского центра временного содержания и предлагает с ними побеседовать.

Идем по светлому коридору, по обеим сторонам массивные железные двери с несколькими засовами и двумя окошками. Одно поменьше – для визуального осмотра, второе побольше – для приема пищи. Подходим к одной из дверей в конце коридора. В помещении - три кровати, на них - узбечки, одеты в национальные платья, на головах - платки. На вопрос, как сюда попали, отвечают, что работали в киоске без документов.

– Я тут нахожусь уже 46 дней, а она - 38, – рассказывает одна из обитательниц комнаты.

– А мне сказали, что 26 числа отправят домой, – добавляет вторая. Третья женщина молчит и с интересом нас разглядывает.

В Хабаровске у всех троих есть мужья и дети. С документами у супругов все в порядке, поэтому своим женщинам они регулярно приносят «передачки». Это разрешено, однако продукты сюда попадают не все, а строго по утвержденному списку. Никаких сладостей, соусов, консервов. Все «передачки» обязательно досматриваются на предмет «запрещенки».

***

Комната в изоляторе рассчитана на двух-четырех человек. Обычные металлические кровати с твердым настилом, ватные матрацы и шерстяные одеяла. Из мебели - стол да пара стульев, если повезет – телевизор. Кому-то его приносят родственники. Это тоже разрешено. Телефоны под запретом, особенно те, что могут делать фото- и видеосъемку. Кнопочный гаджет выдают в определенное время для звонка родственникам.

Еду задержанным приносят в изолятор трижды в день. После посуда возвращается в столовую, где проводится ее спецобработка. Убирать временное место своего пребывания, санузел, а он есть в каждой камере – обязанность каждого «жильца». Для этого в каждой камере есть ведро и швабра. Душевая - одна на этаж, посещение, согласно расписанию, раз в неделю.

Раз в день депортируемым положена часовая прогулка во внутреннем дворике - это небольшая территория огороженная кирпичным забором с потолком из решетки. Гуляют партиями, по десять человек.

***

Из развлечений, кроме прогулки и телевизора, есть книжная полка.

– Читают они активно. Есть несколько книг на разных языках, оставили бывшие «жильцы». Но в основном все на русском. Они у нас очень любят русскую поэзию. Книги Пушкина, Есенина - всегда нарасхват, – удивил нас Евгений Филиппов. – Многие до того, как попали сюда к нам, несколько лет жили в России, так что сносно понимают язык.

Для общения с выходцами из других стран привлекаются переводчики. Но за время службы здесь некоторые сотрудники тоже научились понимать основные фразы на самых разных языках.

– Узбекский, корейский, китайский, – перечисляет мне врио инспектора отделения обеспечения внутреннего и пропускного режима ЦВСИГ УМВД России по Хабаровску, Андрей Жихарев. Он работает в ЦВС всего полгода, но уже неплохо изъясняется с нелегалами на их языке. – Пришлось освоить, ситуации ведь разные случаются. Они к нам поступают, им тяжело, нужно объяснить что-то нам или мы что-то хотим узнать от них. Поначалу на пальцах объяснялись, а потом стал понимать.

***

Евгений Филиппов рассказывает, что хорошо поддерживают задержанных местные национальные диаспоры. Помогают связаться с родственниками, приносят передачи и, если нужно, могут купить билет депортируемому на родину.

Но с отправкой тоже есть нюансы. Все расходы по отправке нелегалов ложатся на бюджет нашего государства. Даже если мигрант сам приобретает себе билет, один улететь он не имеет права. Нужен сопровождающий из числа сотрудников правоохранительных органов. После депортации иностранец не имеет права въезжать в страну в течение пяти лет. Так что вряд ли кто-то из местных «постояльцев», когда-нибудь еще вернется сюда...

Фото автора


  • Оппозиция, попутчики, жертвы: как начинались репрессии на Дальнем Востоке России - читайте по ссылке

Читайте нас в соцсетях: ВКонтакте, Одноклассники,  Телеграм или Яндекс.Дзен