Валентина Фёдоровна Семёнова не помнит, как началась война в 1941 году, ведь она родилась за десять месяцев до её начала. Она не помнит, как отец Фёдор Иванович Семёнов уходил на фронт с односельчанами, оставив беременную супругу с тремя малолетними детьми. Но очень хорошо помнит, как жилось в военные и послевоенные годы в селе Святогорье района им. Лазо Хабаровского края. ветераны отечественной войны 1941

Она помнит, как родился 29 июля 1942 года брат Геннадий, худенький и очень слабый. Как до пяти лет он не мог ходить ножками, и ей приходилось его носить на своей «горбушке», хоть и старше была всего-то на два года. Помнит постоянное чувство голода, суп из лебеды да лепёшки из мороженого картофеля под названием «тошнотики». Эти лепёшки готовила мама из замёрзшего картофеля, который дети собирали в войну и после её окончания на колхозных полях по весне.

– «Тошнотики», – вспоминает Валентина Фёдоровна, – это когда ты их в себя заталкиваешь, а они обратно вылезают, так как есть их было невозможно, организм противился, но мы и за эту еду говорили спасибо маме. Были рады грибам, которые старший брат Владимир собирал в лесу, а из них мама варила похлёбку. А какова же была радость похлёбке из стакана кукурузной муки, которую мама Шура приносила детям, отработав у зажиточных жителей села на огородах. ветераны отечественной войны 1941

– Мама Александра Яковлевна подбадривала нас скорым окончанием войны, когда еды будет вдоволь, и самое главное, хлебушка, – вспоминает Валентина Фёдоровна. – Она так и говорила нам: «Вот вернётся отец с войны, и всё наладится. Будет вам и хлебушек, и каша с борщом и драники на сале. Надо только потерпеть, много работать, верить и ждать». Мы верили, работали и ждали.

Пришёл солдат с фронта

29 декабря 1944 года отец вернулся с фронта. Маленькой Валентине было всего 4,5 года, но она хорошо помнит, как в доме собрались женщины-селянки, их было очень много. Помнит, как на костылях в дом вошёл чужой мужчина. На груди у него поблёскивали и звенели ордена. Как женщины разом заголосили, и каждая стала спрашивать: «Федя, ты моего Ивана не встречал?», «А моего Николая?», «А Григория, Гришу моего, сыночка видел?». На все вопросы он качал из стороны в стороны головой и лишь на вопрос о Григории Кононенко ответил, что встречал, поскольку служили вместе в одном полку.

– Григорий жив, – говорил отец, – и недалёк тот час, как вернётся домой он к матушке с победой.

Женщины голосили громче и громче, а потом девочку подтолкнула тётушка со словами: «Иди, Валя, к бате, обними, это отец твой». Не пошла, не обняла, тогда он казался ей совершенно чужим человеком, заросшим щетиной и с какими-то болячками на висках.

Отец вернулся с фронта инвалидом. Это уже после войны она узнает, что воевал отец в составе 57 армии на Юго-Западном и Степном, на II и III Украинских фронтах. Что проливал он кровь под Сталинградом, освобождая город от фашистов, где был серьёзно ранен, но, едва залечив раны, он снова отправлялся на фронт.

Она узнает от отца, как он терял друзей на Курской дуге, как форсировал Днепр, освобождал Украину, а в битве на озере Балатон на венгерской земле снова будет тяжело ранен, контужен и комиссован.

Подростком она узнает о значении наград отца, старшего сержанта Семёнова Фёдора Ивановича. А награждён он был орденами Красного Знамени, двумя Орденами Красной Звезды и Славы III степени, медалями «За отвагу», «За оборону Сталинграда», за «Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», и гордости её не будет конца. Но это будет позднее, а в те первые минуты и дни она видела мужчину, плохо держащегося на ногах из-за перебитых конечностей. С ранением в руку и легкое, из-за чего тяжело дышал, да в добавок ещё и с «окопной болезнью».

Она хорошо помнит невыносимый запах мыла под названием «К», им лечили лошадей на местной конюшне. Мама варила из этого мыла мазь и смазывала экзему на коже отца. Экзему, именуемую в народе «окопной болезнью», победили. Перебитые ноги и простреленная рука после упорных занятий и лечения постепенно стали двигаться, и отец отправился работать в колхоз. А где движение, там и жизнь. ветераны отечественной войны 1941

Мирная жизнь

С 1946 по 1951 годы Фёдор Иванович и Александра Яковлевна Семёновы подарили жизнь ещё трём дочерям - Светлане, Нине и Лидии. Забота о младших легла на плечи старших Владимира, Татьяны и Валентины.

– Работать мы все начали очень рано, – вспоминает Валентина Фёдоровна. – С четырёх лет я уже бегала в лес по грибы да ягоды. Чуть подросла, и сразу мчались со старшей сестрой Таней на колхозную молотилку. Мы работали на веялке, очищая овёс и пшеницу, которую привозили с полей Святогорья для дальнейшей транспортировки на обмолот.

Сколько себя помнит Валентина Фёдоровна, она всегда в работе. Работа её любит, и она её. Работала на колхозных полях и у единоличников за стакан кислого молока, и на своём огороде, и на огородах соседей. Мама Шура была сердечным человеком, всем, у кого мужья не вернулись с фронта, хотела помочь, а маленькая Валя – безотказная, по просьбе мамы всем шла помогать с тяпкой на плече и за стакан воды всегда благодарила. Очень хорошо запомнила Валентина Фёдоровна весну 1948 года, когда и в село Святогорье пришла отмена хлебных карточек.

– Был ясный, солнечный день, – вспоминает наша героиня. – С криком «Шура, Шууура, карточки отменили на хлеб!» к нам прибежала во двор соседка Болтушина тётя Нина. Калитки у нас не было, а только перелаз в две ступеньки, и она, запнувшись за этот перелаз, растянулась во дворе, выронив из рук кусочек чёрного хлеба. ветераны отечественной войны 1941

– Помню, как подобрала я хлебушек и тёте Нине подношу, но она улыбнулась и сказала, чтобы я сама скушала, так как завтра все вдоволь наедятся хлеба без карточек. И правда. На следующий день сестричка Таня принесла аж две булки белого, румяного, хрустящего и пышного хлебушка. Мама нарезала всем поровну, но я успела крошки со стола смахнуть, и все себе в рот. Традиция у нас в семье была такая, кто первый крошки хлеба в ладошку смахнёт, тому и счастье.

Но ещё вкуснее хлебная корочка. Не мякушка и боковина, а именно хрустящая корочка. Нет ничего на свете вкуснее корочки хлеба. И тогда, в послевоенные годы, и теперь я предпочитаю только её.А когда я прилетаю с Дальнего Востока в город Александрию Кировоградской области на могилы отца и матери, я всегда им кладу по корочке хлеба, которых им так не хватало многие годы при жизни. Кладу и братьям своим, Геннадию и Владимиру, и сестрёнке Татьяне. Тот, кто знает цену хлеба, тот меня поймёт, и уверена: так же, как и я, никогда не пройдёт мимо куска хлеба, лежащего на дороге. Поднимет, оботрёт, покрошит птицам или поделится с четвероногими братьями нашими меньшими.

17 августа Валентине Фёдоровне исполнится 80 лет. Жизнь её промчалась в посёлке Мухен, где в 18 лет, в 1958 году, на свадьбе святогорского друга детства Лёши Ярицы она встретила свою любовь - Петра Захаровича Ванина. В Мухене у неё родились два сына и дочь. В этом таёжном посёлке она вырастила двух внуков и внучку. Помогает в воспитании десятилетней правнучки Дарьи и очень надеется, что скоро приедет к ней в гости из Хабаровска и сделает свои самые первые шаги правнук Марк. Она непременно ему споёт, как пели её отец и мать, и как она сама поёт более 50 лет в народном хоре Дома Культуры для всех жителей посёлка. ветераны отечественной войны 1941

– О чём Ваши песни, Валентина Фёдоровна?

– О родимой сторонке и любви, о детях, отце и матери, и, конечно же, о хлебушке!

– Пусть, Валентина Фёдоровна, ваши ножки бегут ещё долгие и долгие годы в такт Вашим песням и мелодиям, по дорожкам посёлка и лесным тропинкам навстречу с грибами и ягодами. Будьте здоровы!

– И вам не хворать! Дай Бог здоровья всем и каждому!

Имя Семёнова Фёдора Ивановича занесено в пятую Книгу памяти жителей Хабаровского края, участвовавших в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. Он скончался 29 декабря 1987 года в городе Александрия Кировоградской области на Украине. Этот город он тоже защищал от фашистов. И город похоронил его со всеми воинскими почестями на центральном кладбище.

Татьяна Ванина

Читайте нас в соцсетях: ВКонтакте, Одноклассники,  Телеграм или Яндекс.Дзен