Мастер-класс от «Хабинфо»: мешковина, береста, полынь — получится Пушкин

Данный мастер-класс требует предыстории. И, простите, немного философских рассуждений. Заключаются они в следующем. Люди обычно не замечают течения времени. Работаем, отдыхаем, занимаемся домашними делами, болеем, выздоравливаем, переживаем о родных и близких, спорим о «международном положении» — и не чувствуем, как протекает наша жизнь. Лишь в дни рождения своих детей…

Надо же, дочери уже 41! Самостоятельная женщина, мать семейства, собственной маме она по-прежнему кажется девочкой. И вдруг в родительском доме, на какой-нибудь дальней полке, обнаруживается поделка той самой девочки. А поделке — 25 лет!

Эта история не придумана — она моя. После девятого класса дочь взбунтовалась: не пойду в десятый, а заставишь — все равно учиться не буду! И поступила в 33-е училище города Амурска. На художника-оформителя. Я спорить не стала, потому что усмотрела в ее поступке свою вину — вела в школе кружок поделок из природного материала, и, естественно, мои дети тоже его посещали.

Это был 2000 год. Тогда, на первом курсе, осенью, дочь и сделала маленькое панно из мешковины, полыни и бересты — портрет Пушкина.

Надо сказать, что образцом для панно послужил рисунок с обложки 15-томника произведений Александра Сергеевича. В 1998 году его выпустило книжное издательство «Терра». А вообще это автопортрет, который два века назад был вклеен в альбом московской знакомой Пушкина, Екатерины Ушаковой.

Как сделано панно

Лист оргалита оклеен мешковиной, клей — ПВА. Голова поэта вырезана из бересты, с сохранением верхнего слоя. Из нее же, собранной с поваленного дерева и повернутой тыльной стороной, вырезаны бакенбарды.

Волосы — сухие листья полыни. Поэт был кудряв, и закрутившиеся осенние листья сорной травы подошли идеально. Все это тоже посажено на клей ПВА. Не только потому, что другого раньше не было. Для подобных работ он идеален — хорошо приклеивает и не оставляет следов.

Изображение прижато самым обычным стеклом и вместо рамки зафиксировано приклеенными полосками ватмана. Стекло как раз и сыграло злую шутку с поделкой — я уже не помню, как это произошло, то ли работа упала с полки и разбилась, то ли раздавили во время перевозки.

Сколько же лет пролежал в кладовке этот оригинальный портрет русского поэта, который дорог мне потому, что в нем тепло рук моей дочки? Трудно сказать. Ведь какое-то время он украшал книжную полку… Но час пришел — панно вернулось к жизни.

Работа по восстановлению панно

Восстановить панно я решила еще в начале весны. Собственно, требовалось только поменять стекло и вставить изделие в раму. На одном из маркет-плейсов заказала рамку подходящего размера, 25х25 см. Но недоглядела, рамка пришла не со стеклом, а с пленкой. Нужна была со стеклом, я заказала еще одну. И позже убедилась, что все наши ошибки происходят неспроста.

Собственно, опасалась я трех моментов: что разбитое стекло придется убирать частями и что мелкие осколки повредят композицию; третье — что лепестки полыни разрушатся. Столько лет им! Могли попросту истлеть. А то, что может возникнуть проблема на этапе рамки, даже в голову не приходило, ведь я заказала ее по размеру.

Чтобы снять старое стекло, аккуратно ножом по торцу прорезала бумагу, которой была оклеена работа. Подняла стекло за один край — и оно, несмотря на трещины, открылось, как обложка книги, не развалившись. Вооружившись пинцетом, убрала с работы несколько маленьких осколков.

С прической поэта тоже все оказалось хорошо. Очень качественный клей раньше был, улыбнулась я про себя. Лишь аккуратно вернула на место несколько смещенных лепестков.

Рамочный подвох

Дальше, казалось, все просто. Отогнула у рамки с изнанки «язычки», вынула картонную подложку и стекло. Стекло положила на работу и накрыла все это рамкой. Придерживая пальцами, аккуратно перевернула. И вот тут-то обнаружился подвох! Работа оказалась буквально на 2-3 мм больше в высоту, чем заданные 25 см. Подумалось, ну мешковина же, ничего страшного, надавлю. И рамка с треском развалилась.

К счастью, у меня была вторая, точней первая, та, которую я забраковала из-за отсутствия стекла. Чтобы ненароком не раздавить и эту рамку, на панно лишние миллиметры аккуратно срезала ножом по линейке, довершила ножницами. Благо, мешала только мешковина, а не подложка из оргалита. Аккуратно вложила работу в раму.

Можно выдохнуть? Увы, меня ждал еще один сюрприз. Панно оказалось толще, чем глубина пазов рамки.

Врешь — не возьмешь! И я поступила чисто по-женски. Зафиксировала панно в рамке с изнанки малярным скотчем — сначала по периметру, а затем еще и все поле с изнанки им покрыла. Получилось довольно аккуратно. Панно теперь как новенькое.

…Повзрослев, моя дочь самостоятельно приняла решение стать журналистом (это была ее детская мечта), поступила в университет во Владивостоке и с успехом окончила его. А училище №33 города Амурска до сих пор вспоминает с теплотой. Пригодилась ли ей первая профессия? Думаю, да. Потому что бесполезных знаний не бывает. По крайней мере, три года в училище дали моему ребенку хорошую базу для развития художественного вкуса.