Детские дома в России появились ещё в 1764 году. Сначала их открывали при монастырях или госпиталях, в них содержались так называемые «зазорные» младенцы – или, проще говоря, незаконнорожденные дети придворных и вельмож. После Великой Отечественной войны в детских домах жили сироты – те, кто потерял близких в эти страшные годы. Сегодня больше половины воспитанников казенных учреждений имеют мам и пап, бабушек и дедушек. Почему социальное сиротство набирает обороты - знает Ольга Лим, руководитель некоммерческой организации «Чужих детей не бывает».

— Ольга Гыменовна, ваша организация работает в Хабаровске уже много лет. Вы воплотили в жизнь массу социальных проектов, которые даже после окончания гранта и прекращения финансирования продолжают помогать людям. С чего всё началось?

Ольга Лим, руководитель некоммерческой организации «Чужих детей не бывает».

— Когда-то мы пришли в детские дома просто волонтёрами. Хотелось всех малышей забрать оттуда, и даже мы начали это делать. В большинстве своём наша команда – это приёмные родители. Те, которые не смогли пройти мимо социального сиротства. Но, во-первых, всех детей нереально забрать, а если даже так случится, на их место всё равно придут новые дети. Мы стали задумываться – а почему, по какой причине малыши попадают в детский дом? Ведь больше половины из них имеют родных мам и пап, дядей и тётей. Тогда, десять лет назад работа по профилактике социального сиротства практически не проводилась. И проблема была в том, что когда девочки – выпускницы детского дома сами становились мамами, то, попав в трудную ситуацию,не имея навыков ухода за детьми, не имея эмоциональной привязанности, зачастую без работы и своего жилья – они просто отказывались от своего ребёнка и оставляли его в роддоме или позже отдавали в детский дом. Это был какой-то замкнутый круг, и мы решили его разорвать.

— Когда-то вы открыли приют для таких женщин. Многим за эти годы сумели помочь?

— Да, наш кризисный центр называется «Время перемен», через него прошло порядка трёхсот женщин. Там они могли – и могут до сих пор – цент работает и принимает всех, кто в этом нуждается, получить крышу над головой, необходимые вещи, еду, время подумать и взять ответственность за свою жизнь и жизнь своего малыша в свои руки. Чуть позже мы открыли службу поддержки семей в трудной жизненной ситуации, которая называется «Мама рядом». Мы сопровождаем семьи, некоторым достаточно нескольких месяцев, других мы ведём годами. Это и юридическая помощь и консультации – например, чтобы оформить и получить пособия на ребёнка, это и работа с психологом. Если нужно крышу на доме починить – мы и с этим справимся – кинем клич в социальных сетях, в нашем чате, и наши волонтёры – а неравнодушных людей в Хабаровске, слава Богу, очень много – наши волонтёры-ангелы обязательно помогут. Например, была ситуация – у нас в кризисном центре жила девушка с ребёнком, у неё была своя комната, но состояние этой жилплощади совершенно не позволяло ей там жить, тем более с младенцем. Мы рассказали об этой ситуации нашим волонтёрам, они сами закупили строительные материалы, сделали там ремонт и даже мебель нашли.

— Ольга, а как вы определяете, что семья в сложной жизненной ситуации? Есть какие-то критерии, или, что называется, на глазок?

— Знаете, это, конечно, довольно субъективно. Для кого-то наличие тараканов в доме – это уже фактор, угрожающий жизни и здоровью детей. И эти люди говорят – нужно изъять ребёнка из семьи и поместить в детский дом, там он будет жить в чистоте. Мы говорим – да, возможно, но главное в жизни ребёнка – это мама, она и тараканов выведет, и полы помоет, и пить перестанет – ей надо только немного помочь. Причём просто решить материальные проблемы семьи одномоментно – это так не работает. Дали денег, привезли продуктов, устроили ребёнка в детский сад – все хорошо, но через полгода мы видим опять откат назад, в то, что было. И это происходит потому, что не были проработаны какие-то глубокие проблемы в мышлении мамы, например, взаимоотношения внутри семьи, и люди наступают на одни и те же грабли. Поэтому важен комплексный подход.

— Семьи, которые нуждаются в вашей помощи, сами вас находят? Или обращаются их знакомые, родственники?

— Бывает по-разному. Кто-то приходит сам, о проблемах других сообщают коллеги, мы получаем информацию от других НКО… Из роддомов, из больниц сообщают. Был случай – нам позвонил врач из детского отделения больницы, и сказал, что у них есть молодая женщина с ребёнком откуда-то из отдалённого посёлка, и у неё нет даже тапочек, и к ней никто не ходит. Мы собрали целый воз подарков этой маме, и поддерживали её, пока она не выписалась. Бывает, мама оказалась в трудной ситуации – например, случился развод, или умер муж – всякое бывает. Женщина не может справиться с депрессией, начинает пить или употреблять запрещённые препараты, впадает в зависимость. И нам звонят её близкие или знакомые и говорят – помогите, там что-то совсем всё плохо…

— А разве в такой ситуации, когда мама себя не контролирует, употребляет и не обращает внимания на детей, не лучше ли их действительно забрать на время из семьи?

— Иногда социальным службам просто приходится изымать детей из семьи элементарно из соображений безопасности. Но мы говорим о том, что на раннем этапе этой семье можно было бы помочь, подхватить, оказать поддержку. И ребёнок может остаться в семье. Но мы отмечаем, что даже временное помещение малыша в детский дом или дом малютки усугубляет ситуацию, потому что во многих семьях, особенно в семьях выпускников детских домов есть проблема с привязанностью, с дето-родительскими отношениями. И чем больше времени мама находится без ребенка, тем хуже это для их взаимоотношений. У нас есть ещё один проект, «Как дома», он входит в программу сопровождения. Когда мама ложится в больницу или роддом она может ребёнка поместить не в детский дом, а во временную семью. В этом случае связь поддерживается, им проще восстановить взаимоотношения.Сегодня государственная политика – приоритет кровной, родной семьи, и социальные службы, и мы работаем для этого, чтобы дети жили в семье.

— Как вы работаете с семьёй? Нужно, наверное, заполнить какие-то документы, подписать договор? И сколько времени занимает этот процесс?

— Мы сначала делаем так называемую диагностику – обследуем семью, наши специалисты выезжают на дом. Без этого сложно понять проблемы семьи. Выясняется, какое социальное окружение у семьи, есть ли поддержка. Бывает, что мама получает и пенсию, и пособие и что-то ещё, но денег на содержание ребёнка всё равно не хватает. Начинаем спрашивать – выясняется, что там куча каких-то потребительских кредитов – на телефон, телевизор, на какие-то вещи, без которых можно было бы обойтись. И тогда мы понимаем, что здесь просто финансовая неграмотность, неумение рассчитывать, вести семейный бюджет. Это, кстати, ещё одна проблема воспитанников детского дома. После того, как мы находим проблему, составляется индивидуальный план по выходу из кризисной ситуации, причём он составляется совместно с мамой. Мы заключаем договор на сопровождение, для женщины он бесплатный, и ведём семью, помогаем ей.

Семьи, попавшие в трудную жизненную ситуацию, могут обратиться в НКО «Чужих детей не бывает»: г. Хабаровск, Амурский бульвар, 51 оф. 29.

Телефон: +7 (914) 543-54-74, еmail: khabdety@mail.ru

Мария Полякова Фотографии предоставлены Ольгой Лим, руководителем НКО «Чужих детей не бывает».

Читайте нас в соцсетях: ВКонтакте, Одноклассники,  Телеграм или Яндекс.Дзен