В апреле 1986-го на масштабном дальневосточном объекте произошла авария: затопило котлован — вместе со всей техникой и оборудованием. К счастью, обошлось без жертв. Будучи собкором газеты «Социалистическая индустрия», Станислав Глухов два месяца провел на строительстве будущей Бурейской ГЭС. Публикуем финальную часть перестроечного очерка «Столкновение» из новой книги хабаровского автора «Оглянуться вслед» (16+).

Тогда получил собкор первое письмо от молодого водителя «БелАЗа» Юрия Ананьева, с которым познакомился в Талакане, поселке гидростроителей. Это был один из 43 работников стройки, обратившихся в Москву, в ЦК КПСС. В главную тогда инстанцию в стране они написали письмо, в котором говорилось о бесхозяйственности, простоях и приписках. Сообщали комсомольцы и о том, что «возглавляет управление «Зеягэсстрой» А. Шохин, который, по нашему мнению, во многом дискредитировал себя как руководитель».

…Я вручил Юрию свою визитку с адресом корреспондентского пункта. Попросил: «Пиши — как работается, о чём думаешь, как у вас будет идти перестройка». Он согласился. Так оказалась на моём столе стопка писем с Бурейской ГЭС — разложенный по конвертам год из жизни гидростроителей. Год, без преувеличения, самый трудный, с драматическими событиями, год, с которым связывали на стройке надежды на долгожданные перемены...

Письмо восьмое. Июнь, 1987 год.

«Фильм «Покаяние» (18+) смотрел до конца, не отрываясь. С изумлением, — писал Юрий. — Знаете, что было самым тягостным впечатлением? Когда люди уходили из зала. Посреди сеанса, толпой... Фильм-притча, всё завуалировано.

Моё мнение: сейчас больше всего нужна правда в чистом виде. Документальность, публицистика. Или сплав газетной статьи с творческим воображением, чтобы не сухой документ вышел из-под пера, а сама истина жизни.

Самое радостное событие у нас — котлован нынче весной отстояли, хотя надежда эта с первых до последних дней паводка висела на волоске... Счастье, что Бурея в зиму ушла сухой, и расходы воды были минимальными. А недавно собрали «белазистов» — срочно требуется аккорд на вывозке скалы. Рассчитали: нужно выставлять по 13 машин каждую смену, чтобы до августа вывезти необходимый объём. Это для задуманного мероприятия — торжественно уложить в День строителя первый куб бетона в здание Бурейской ГЭС. В область уже доложили, и отступать некуда.

В «Социалистической индустрии» вышла критическая статья бывшего бухгалтера Лухманова «Как я стал «бывшим», искренняя и честная — и про ущерб при бездарно затопленном в прошлую весну котловане, и про объёмы приписок на стройке, и про «художества» некоторых наших отцов-командиров. Газету эту я получаю, и номер за неделю поистрепался, поизорвался, обойдя пол-Талакана.

На следующий же день, как прочли в парткоме и в управлении статью, началась срочная борьба за дисциплину: у проходной автобазы запись — кто раньше на обед пошёл, проверка спидометров — у кого есть, в каком состоянии и т. д., и т.п. Всего на один денёк, правда. Быстро на сей раз стихло…

С особой заинтересованностью вчитывался в статью один комсомольский активист, даже с собой попросил, денька на два. Давно я его знаю, присматриваюсь, и, похоже, парень сделал ставку на будущую карьеру... Однако как взобраться по этой лестнице в условиях перестройки — вот ведь какой вопрос встаёт. Да он ли один этим озабочен!

И вчитывается, шевеля губами, колеблется, прибрасывает: за теми будущее, однако в силу ещё не вошли, а эти, напротив, при власти и регалиях, но сколько им веку осталось? Вот и приходится покуда и вашим, и нашим...

Наверное, странным покажется, но вот что обрадовало: те, кто не принимает душой перестройку, кто тормозит её, остались... прежними, нисколько не изменились. Думал, будут поизворотливее, начнут подстраиваться. Отнюдь! А не меняются они оттого, что это — их суть, и оттого, что пока они в себе непоколебимы.

Беру в руки газеты: перестройка — необратима! Аплодировать, однако, не время. Потому что вижу, как непросто пробиваются её ростки у нас на таёжной Бурее. Потому что слышу, как посмеиваются её противники, тыча пальцем: «Смотрите, вон тот и в самом деле поверил в перестройку». Потому что опасаюсь: вдруг да редактор, которому лягут на стол эти страницы, станет осторожно чиркать по ним своим карандашиком: здесь перехлёст, а вот тут — явно лишнее...

Как будто правда может быть лишней» — так писал мне Юрий Ананьев.

***

«Он всё кричал: огня! огня! — забыв, что он бумажный...»

Прямо-таки наваждение: с каждым письмом, полученным с Бурейской ГЭС, всё больше у меня возникало вопросов, на которые, признаюсь, до сих пор нет окончательных ответов. Как-то сложится дальнейшая судьба разбуженных, ободрённых перестройкой дон-кихотов из Талакана, вышедших с пером в руках и листком бумаги против ветряков системы приписок? Они ищут истину, но что, если истина — лишь созданная каждым из нас модель, придуманная для нашего же удобства? Откуда они берутся — такие правдоискатели, и почему им всегда больше всех надо?

Станислав Глухов, 1987 г., журнал «Дальний Восток» (16+)


Буре́йская ГЭС — гидроэлектростанция, расположенная на реке Бурее, в Амурской области у посёлка Талакан. Крупнейшая электростанция на Дальнем Востоке России, установленная мощность — 2010 МВт. Водохранилище ГЭС расположено на территории двух субъектов федерации — Амурской области и Хабаровского края. Является верхней ступенью Бурейского каскада ГЭС. Год начала строительства — 1976, годы ввода агрегатов — 2003-2007. Лишь в 2011 году ГЭС выведена на полную мощность, а в декабре 2014 года, 38 лет спустя, станция полностью сдана в постоянную эксплуатацию.


«Все болезненные признаки долгостроя — затяжной разбег подготовительного периода, хроническая недостаточность материально-технического снабжения, слабость коллектива, обескровленного потерей квалифицированных кадров, и наконец, аритмия от несбалансированности финансов и материальных ресурсов со сроками строительства — все эти причины, подчёркивал Шупляков, замначальника «Зеягэсстроя», имели место быть и на Бурейской ГЭС…»

«Уволили Лухманова, помните, главного бухгалтера. Год назад он приехал в Талакан. Выжили. Свежий человек, со стороны, и, видимо, тоже привык работать честно. Ему через месяц, как он приехал сюда, предложили, пока не поздно, уйти «по собственному». Голос Шохина на оба этажа управления был слышен: «Мне такой главбух не нужен!!!» Случилось их столкновение, когда Лухманов потребовал за ремонт квартир расплачиваться из собственного кармана. Но щедрые за государственный счёт натуры только посмеивались над ним: «У нас тут правдоискатели завелись...»

В ТЕМУ:
«Почему за правдой едут в Москву?»: главы из новой книги Станислава Глухова

Читайте нас в соцсетях: ВКонтакте, Одноклассники,  Телеграм или Яндекс.Дзен и МАКС