Из истории Дальнего Востока: бородатый меценат графа Муравьёва-Амурского

Его имя в Хабаровске почти не знают. А без него он, возможно, и не появился бы на карте. Каждый хабаровчанин с детства знает: город основан в 1858 году солдатским батальоном Якова Дьяченко по приказу графа Муравьёва-Амурского. Но мало кто задумывается: на какие средства снаряжались те легендарные сплавы по Амуру? Кто вложил реальные рубли и копейки в то, чтобы Россия закрепилась на берегах реки Черного дракона?

Между был такой красноярский купец, Пётр Иванович Кузнецов. Человек, который не просто дал денег, а сам отправился в опасный путь и оставил о своих приключениях дневник, который сейчас любители истории читают, как приключенческий роман.

Пётр Кузнецов родился в 1818 году в Красноярске. Его отец, бывший тобольский мещанин, разбогател на торговле китайским чаем, золоте и коже. Сын оказался ещё ухватистей. К 1850-м годам Кузнецов-младший уже купец 1-й гильдии и крупный золотопромышленник. Но главное, он одержим идеей расширить Россию на восток и увеличить торговлю с Поднебесной.

В отличие от многих толстосумов Кузнецов не сидел в лавке. Он лично вникал в дела, знал китайские обычаи (торговал с ними с детства) и горел желанием увидеть загадочный Амур.

100 тысяч серебром

В 1854 году генерал-губернатор Восточной Сибири Николай Муравьёв (будущий граф Амурский) задумал большой сплав по Амуру. Задача — продемонстрировать имперскую мощь, нанести неизведанную еще реку на карту, договориться с китайцами и, по сути, опередить англичан и французов, чьи миссионеры уже делали попытки опутать своими сетями далекий край.

Имперская казна денег почти не дала. Муравьёв обратился к купцам. Кузнецов на призыв отозвался и выложил «100 тысяч рублей серебром». Колоссальные по тем временам деньги — за эти суммы тогда строили целые города. А всего на освоение Приамурья красноярский меценат потратил, по оценкам историков, более двух миллионов рублей! Он словно предвидел, что без его денег Дальний Восток не станет русским.

Но мало дать денег. Кузнецов «сам сел в лодку и поплыл». Муравьёв взял купца с собой не из вежливости. Тот был незаменим для переговоров с китайцами — знал язык, обычаи, умел торговаться и не лезть на рожон.

Дневник Кузнецова

Во время Первого Амурского сплава Пётр Иванович вёл подробнейший дневник. Благодаря ему мы сегодня знаем о той экспедиции все до мелочей. Вот как он описывает подход к заброшенной русской крепости Албазин 20 мая 1854 года:

«Музыка играла «Боже, царя храни», потом «Коль славен наш господь в Сионе», сделано было несколько выстрелов из пушек. Генерал первым сошёл на берег и перекрестился. И много было воспоминаний о прошедших делах на Амуре… Приплыло много манегров (тунгусо-маньчжурский народ, проживавший на территории Приамурья. — Ред.) и в подарки приносили белугу».

Пётр Казакевич — исследователь Дальнего Востока и губернатор Приморской области

В ТЕМУ

А вот первая встреча с китайскими крестьянами. Кузнецов пишет, как его отряд остановился у чужой избы, оставил серебряные дощечки в подарок духам, и как потом китайцы с детьми переплыли к русским: «Были одарены разными вещами и очень полюбили русских, и были удивляемы всем, а более музыкою…»

Читая эти строки, понимаешь: вражды не было. Люди встречались, проявляли любопытство. И в этом огромная заслуга Кузнецова — он умел находить общий язык.

Отдельно купец описал прибытие в китайский город Сахалян-ула (ныне Хэйхэ). Как их встречали чиновники, как женщины с крошечными бинтованными ногами выглядывали из-за заборов, как жгли жертвенных петухов.

«Многие из женщин […] шли с палочками; я думаю, от непривычки ходить по уродству своих маленьких ножек».

Дневник Кузнецова потом почти без правок опубликовало Императорское Русское географическое общество. Его записи признали живым свидетельством эпохи.

Невидимый спонсор

Что мы получили благодаря серебряным рублям сибирского купца? Экспедиция 1854—1855 годов удалась. Амур стал русским. Китай признал новые границы. В 1856-м основали Благовещенск, а в 1858-м — Хабаровск. Владивосток тогда был лишь военным постом, но тоже заложен на волне того успеха.

Да, командовал Муравьёв. Да, солдаты гребли вёслами. Но без денег и дипломатической жилки Кузнецова всё могло пойти иначе. Он стал невидимым спонсором рождения целого края.

Неизвестные имена в истории: основатели военного поста Хабаровка

В ТЕМУ

После похода Пётр Иванович вернулся в Красноярск. Там он трижды избирался городским головой, строил больницы, театры, помогал художникам (именно Кузнецов отправил учиться в Петербург молодого Сурикова — того самого, автора «Утра стрелецкой казни»).

Умер красноярский купец, меценат и открыватель далекого края Петр Иванович Кузнецов в 1878 году. Его похоронили у Воскресенского собора в Красноярске, но в советские 1950-е могилу уничтожили вместе с храмом. Памятника ему нет ни в Сибири, ни на Дальнем Востоке.

Но Красноярск помнит Кузнецова хотя бы мемориальной доской. В Хабаровске имя человека, который снабдил деньгами Первый Амурский сплав, не носят ни улица, ни школа. Между тем, не будь его миллионов, неизвестно, в какую бы сторону закрутилась амурская история.

Красноярский купец Пётр Кузнецов — один из главных спонсоров Амурской экспедиции 1854 года. Он пожертвовал 100 тысяч рублей серебром и лично участвовал в Первом Амурском сплаве. Без его денег и дипломатического таланта закрепление России на Амуре могло затянуться или вовсе не состояться. А значит, и Хабаровска могло не быть.