«Я разучился писать стихи, читать книги, влюбляться, встречаться с друзьями и принимать гостей. Может быть я разучился жить? Может, я нежить. Белоленточный червь в 12-перстной кишке бесконечности? Красно-чёрный термит хаоса? Ветеран броуновского движения к энтропии, страдающий от миопии, близкой чуть чуть и всё к слепоте? Вы веселые и без очков, все в не те. А я лысый очкастый грустный клоун. Манекен, Арлекин, не завербован…»

Стих этот не закончен, стих этот неформатен для газет сегодня. Также как оказался неформатен и автор этих печатных знаков.

***

8 июля в Хабаровске прощаются с Сергеем Гафетдиновичем Мингазовым, умершим от болезни на 58-м году жизни. Прощается и наша редакция.

С уважаемым коллегой, товарищем, конкурентом и просто очень живым, мудрым и хорошим человеком. Который не вмещался ни в одни рамки или в принятые модные форматы. Поэт, журналист, редактор, менеджер, мужчина — работать с Сергеем было непросто, но всегда интересно.

Кто-то называл его бунтарем, оппозиционером. При этом он был вхож в любые властные кабинеты.

«С кубами текстов на пятак

Когда то делали мы так

Потом журнал наш стал бумажный

И спрос рождал ажиотажный

В крайкоме и крайисполкоме

Читали вирши и статьи

А мы тиражили подпольно

Издание сотни на три

Ничто не кончилось печально

Но раскидала жизнь нас кардинально»

Это так Сергей писал про самиздатовский журнал «Окраина», который в бурные годы перестройки он затеял сотоварищи. И годы эти для него были точно бурными. Митинги, санкционированные и несанкционированные акции, учеба на филфаке в педе, тусовки, встречи и расставания, работа педагогом в школе, затем резкий поворот — и уход в журналистику.

Он работал в «Молодом дальневосточнике», девять лет возглавлял «Коммерсант» в Хабаровске, затевал информагенство «Амурмедиа», трудился редактором и автором во многих хабаровских и федеральных СМИ, стал предметом для анализа в местных вузах у начинающих журналистов. Он на какое-то время стал лицом, пером и одной из важных фигур хабаровской журналистики.

Фигурой нескладной, парадоксальной и временами весьма едкой, но искренней и трогательной. Также как и его мудрые вирши, которыми он щедро делился в соцсетях, мессенджерах и прочих доступных носителях информации.

«Отчего мне очень грустно, Бэка?

Почему хочу остаться человеком?

Чтобы да, чтобы любовь, а не...

За неё готов пожить вдвойне.

Враг внутри меня, давлю его по капле.

Не лиса я, не журавль иль цапля.

Ты же знаешь, Бяка, я не зверь.

Я хороший, рыжая, поверь,

Ты ко мне свой бок опять прижмешь .

Врёшь болячка — рыжих не возьмешь.

Буду быть. Самим собой с тобой.

И не вечный бой, но воля и енджой.

Раку пусть придёт реасе, да!

Ты ведь знаешь, Бэка, а?»

Это его «Утренний разговор с собакой». Писал Сергей это, когда уже знал, что серьезно, неформатно болен. К этому моменту он сам стал героем неформатных новостей из зала суда.

«Мне 57, за полтора месяца до дня рождения в этом году я узнал, что у меня рак. Почти два месяца я уже провел в больницах. Впереди продолжение эпопеи. Я хочу вспомнить всё и создать новые события с моими родными, друзьями и единомышленниками. И будет всем, если не счастья, то покой, воля и Любовь».

***

Напомним, журналиста задержали 26 апреля 2024 года и поместили под домашний арест. При обыске в квартире изъяли оргтехнику и телефоны. В расследовании участвовало региональное управление ФСБ.

Как сообщал «Коммерсант» (18+), согласно обвинению, журналист перепостил в своем Telegram-канале (18+) три тенденциозные публикации о событиях в украинской Буче в апреле 2022 года. Из содержимого публикаций следствие сделало вывод об отрицательном и враждебном отношении Сергея Мингазова к президенту РФ и его окружению, поэтому деяние было квалифицировано по ч. 2 ст. 207.3 УК РФ.

Лишь через много месяцев тягучего процесса сторона обвинения запросила для подсудимого наказание в шесть лет колонии. Сам Сергей, объясняясь в суде, мягко отвергал приписываемые ему мотивы ненависти и вражды. Даже немного удивлялся: «Ненависть — это чуждо мне». В итоге первая, а затем и вторая инстанция согласились со стороной защиты. И хотя суд признал его виновным по делу «о распространении заведомо ложной информации о Вооруженных силах РФ», однако приговаривал не к реальному сроку, а к солидному штрафу — сначала 700 тысяч, потом в 2,5 млн рублей.

При этом учитывалось, что Мингазов к этому моменту накопил и целый букет серьезных заболеваний. И что он — примерный муж, семьянин, отец двоих детей, «патриот земли хабаровской». От кого-то такая самохарактеристика прозвучала бы пафосно, фальшиво, но не от Сергея. Он действительно все эти годы умел объединять, сводить вместе самых разных людей, формировать, как выразился на громком процессе один свидетель, ту самую, неуловимую «хабаровскую идентичность».

Семья Мингазовых небогатая, вот и тут десятки людей объединились, скинулись — сначала на одну сумму штрафа, потом собрали и более крупную. Однако к этому моменту процесс зашел на третий круг, и вновь — обвинения в «мотивах ненависти» и угроза колонии.

Мингазов в ожидании приговора.

Объятия после приговора.

***

Рассмотрение нового дела Мингазова несколько раз откладывали. Уже стало известно, что 57-летний журналист серьезно болен. Широк, неформатен был Сергей Гафетдинович, надо бы сузить? И сузили.

«Организм оптимизировал мою массу тела почти вдвое. С одеждой мой вес теперь 55 кг. В безоблачные годы — 105. В общем, я вышел на третий курс химии», — писал весной в соцсетях Сергей.

Он перенес несколько операций и госпитализаций. Обычно в таких делах, поясняла нам в те дни сторона защиты, приостанавливают производство — чтобы дать подсудимому возможность окончить лечение, прежде чем будет вынесен приговор. И два таких ходатайства в суд было направлено. Однако, по словам адвокатам друга Константина Бубона, в Краснофлотском райсуде Хабаровска почему-то не хотели приостанавливать рассмотрение громкого дела и требовали проведение консилиума из трех врачей.

В очередной раз заседание суда отложили в конце июня — до 13 июля, хотя у Мингазова, согласно диагнозу, была уже четвертая стадия рака, он был призван инвалидом первой группы. Теперь уже поздно об этом говорить, но разве нашей судебной системе не должна быть присуща какая-то гуманность?

… Смерть либо долгое заключение — невеселый выбор для больного, измученного хабаровчанина. Но посты поэта и гражданина до последнего были оптимистичны, с хэштегом: «ВрешьНевозьмешь».

2 июля утром стало известно, что Сергей умер. Теперь он свободен, пишут его друзья. И 8 июля они придут проститься с ним.

Церемония прощания с Сергеем Мингазовым состоится в среду, 8 июля, в 10:30 по адресу: ритуальный зал железнодорожной больницы (ул. Воронежская, 49, к. 6).

Помощь принимается на номер сестры и/или жены Сергея:

8999-084-3133 Елена Анатольевна Т. (Сбер)

8914-199-7747 Наталья Евгеньевна М. (Сбер)

Наша редакция приносит свои соболезнования родным и близким Сергея Гафетдиновича Мингазова и безмерно скорбит вместе с ними.

Читайте нас в соцсетях: ВКонтакте, Одноклассники,  Телеграм или Яндекс.Дзен и МАКС